Ссылку на скачку ищите под описанием материала.

И меня признали виновным, приговорили к невидимости на двенадцать
месяцев, начиная с одиннадцатого мая года Благодарения, и отвели в темную
комнату в подвале суда, где мне, перед тем как выпустить, должны были
поставить клеймо на лоб.
Операцией занимались два государственных наемника. Один швырнул меня на
стул, другой занес надо мной клеймо.
- Это совершенно безболезненно, - заверил громила с квадратной челюстью и
отпечатал клеймо на моем лбу. Меня пронзил ледяной холод, и на этом все
кончилось.
- Что теперь? - спросил я.
Но мне не ответили; они отвернулись от меня и молча вышли из комнаты. Я
мог уйти или остаться здесь и сгнить заживо - как захочу. Никто не
заговорит со мной, не взглянет на меня второй раз, увидев знак на лбу. Я
был невидим.
Следует сразу оговориться: моя невидимость сугубо метафорична. Я
по-прежнему обладал телесной оболочкой. Люди ~могли~ видеть меня - но не
имели ~права~.
Абсурдное наказание, скажете вы? Возможно. Но и преступление было
абсурдным: холодность, нежелание отвести душу перед ближним. Я был
четырехкратным нарушителем, что каралось годичным наказанием. В должное
время прозвучала под присягой жалоба, состоялся суд, наложено клеймо.
И я стал невидим.